И при слове грядущее… О непременности цифрализации бытия

905 просмотров Аналитика 0

О кризисе технической цивилизации великие люди писали весь ХХ век. Многие европейские интеллектуалы видели этот кризис в победе картезианского объективизма, механически заменившего веру в бога на веру в технику, якобы дающей человеку возможность выжить. Мартин Хайдегер в 30-е годы прошлого столетия, когда не было не только компьютеров, а даже автомобили были редкостью, провозгласил – «человеческое существо падает теперь прямо в руки существу техники». Более оптимистичным был Владимир Вернадский. В тяжелое военное время, не имея достаточных данных, ни современных приборов для исследований он писал: «Сейчас мы переживаем новое геологическое эволюционное изменение биосферы. Мы входим в ноосферу. Мы вступаем в нее - новый стихийный геологический процесс - в грозное время, в эпоху разрушительной мировой войны. Но для нас важен факт, что идеалы нашей демократии идут в унисон со стихийным геологическим процессом, с законами природы, отвечают ноосфере. Поэтому мы можем смотреть на будущее уверенно. Оно в наших руках. Мы его не выпустим»

Действительность оказалась сложнее и трагичнее. И по мере того, как интеллектуальное пространство заполняется восторженными (часто оправданно) филиппиками в адрес облачных технологий, интернета вещей, цифровой экономики, значение которой сегодня слишком размыто от частых, не всегда уместных, употреблений, возникает желание посмотреть на все это в данном культурном контексте.

Современный общественный процесс характеризуется целым рядом существенных изменений. В структурном плане речь идет о серьезной перестройке современных обществ, связанной с феноменом дисперсии экономических структур. В функциональном плане речь идет об изменении связей между основными видами социальной деятельности, когда материальное производство становится функцией науки. Вместе с тем сама наука будет безнадежно скомпрометирована, если не будет учитывать серьезных изменений в общественном сознании привносимых технической цивилизацией. Этот блок проблем сегодня неочевиден. Но «эта скрытость опаснейшая в опасности».

Да, цифровая эпоха - результат технической и технологической революций. Но она, аккумулируя в себе ряд технических и технологических подпроцессов, выходит за рамки технологической проблемы. Основная квинтэссенция этого круга проблем известна. Каков будет статус человека? К чему приведут новые формы соперничества, снижение межличностных контактов, усиление культурного отчуждения в сочетании с безработицей, ну или скажем по другому, с вынужденным, пусть даже обеспеченным, досугом.

Альбер Камю в своих известных работах писал – «главной опасностью для человечества является не изверг или садист, а нормальный человек, наделенный необычайной властью». И можно привести множество примеров подтверждающих мысль другого интеллектуала о том, что «представляемая техникой власть столь велика, что человек уже не в состоянии противостоять искушению злоупотреблять ею».

И еще одно серьезное обстоятельство, отягощающая уже существующие проблемы, состоит в том, что бег человечества, подстегиваемый ускоренным развитием техники не оставляет времени для подлинной человеческой деятельности – мышления. О снижении уровня рефлексии свидетельствует возросшая индоктринация человечества, когда вследствие усовершенствования технических средств воздействия на общественное мнение, унификация взглядов достигает колоссальных размеров, и в подавляющем большинстве эти взгляды престают быть результатом собственных усилий.

Разумеется, не все разделяют апокалиптику. В конце прошлого века Никита Моисеев, признавая все издержки, все же полагал, что технологическая революция даст человечеству инструмент гигантской мощности, способный открыть новые перспективы для развития человека и как биологического вида, и как составляющей Универсума. Им станет коллективный интеллект. Можно долго спорить с этим. Например, будет ли этот коллективный интеллект, который академику Моисееву видится в качестве автопилота, равносилен коллективному разуму, включающему в себя нравственные ограничения.

Но, так или иначе, от цифровой цивилизации нам не уйти. Было бы странным отрицать вносимые ею улучшения, ускорения, удешевления и, в конечном итоге, - комфорт. Они не выдуманы, они есть. Последние выборы, где подсчет голосов проводился с применением, если я не ошибаюсь, технологии блокчейн, особенностью которой является то, что данные многократно продублированы и хранятся в распределенной сети, и это делает ее чрезвычайно устойчивой к противоправным действиям, наглядно продемонстрировали всем ничтожность тревог о возможных подтасовках.

Каждая эпоха ставит по новому извечные проблемы бытия – о том, что есть человек, каково его предназначение, какими должны быть его отношение к природе, обществу другим людям.

Руководство нашей страны, которое сегодня пытается вскочить на подножку набирающего скорость поезда технологической цивилизации, что бы увести страну от необратимого отставания, выполняет свою задачу. Задача общества, в лице своей культуры и науки, сделать все, что бы победа технической цивилизации не превратилась в военную победу с неизбежными в таких случаях побежденными, погибшими и раненными.

Ибо «если мысль утратит свою чистоту и остроту, если духу не воздается должное, то вскоре и автомобиль не тронется с места, и корабль собьется с курса, лишаться своего авторитета, как счетная линейка инженера, так и банки или биржи, наступит хаос».

Токтобюбю Дыйканбаева,

директор института экономики им. академика Дж. Алышбаева, НАН КР.

Комментарии

Оставить комментарий